Количество денег, списаных с банковских счетов и обналиченых дроповодами, которые маскируются под банковские колл-центры, растет в геометрической прогресии, и расположены такие колл-центры в местах лишения свободы, СИЗО и тюрьмах. То есть там, где, по идее, не то чтобы туда мобильный телефон пронести, муха не пролетит без ведома начальства.
Ещё в 2012 году основным нелегальным способом списания денежных средств с банковских карт был скимминг — дроповоды крепили к банкомату считывающее устройство, узнавали номер карточки и пин-код и только после этого дропы шли к банкоматам и снимали деньги. Однако, уже в 2017 году начался резкий рост «социальной инженерии», это когда вам, к примеру, звонят и говорят: это служба безопасности вашего банка, у вас с карты списаны денежные средста, или у нас в банке работают мошенники, ваши деньги в опасности, и вы сейчас, чтобы их спасти, должны срочно пойти к банкомату, мы сообщим вам номер безопасного счета, на который и надо ваши деньги перевести.
И человек идёт и переводит. И когда клиенту звонит настоящая служба безопасности банка, которая отследила подозрительную трансакцию, клиент отвечает: «Да, я хочу перевести эти деньги на этот счет. И вообще меня предупреждали, что сейчас мне будут звонить мошенники, чтобы удержать от перевода».
Чтобы был понятен размер проблемы. В «Сбербанке» с начала года зафиксировано 2,9 млн обращений клиентов о попытках нелегального списания денег с банковского счёта. Это вдвое больше, чем за аналогичный период прошлого года. За первые 8 месяцев 2019 года антифрод-система «Сбербанка» спасла от перевода 25,3 млрд клиентских рублей. За первые 8 месяцев 2020 года эта же сумма составила 42,4 млрд руб.
Объем нелегальных транзакций растет при полном бездействии правоохранительных органов. Вот если ты пластиковый стаканчик бросил в полицейского — то гарантированно получишь трояк общего режима, но если речь идет о подставных колл-центрах, хорошо организованных, с бухгалтерией, с отчетностью, с обучением персонала речевым техникам и способам развода клиентов, с закадровой музыкой, со специально подобранными номерами, похожими на официальный номер банка, а такие номера покупают у фирм, занимающихся SIP-телефонией, то никто никого в тюрьму не посадит. И знаете почему? Потому что «Звонарь» уже и так там сидит.
То есть, конечно, сидят не все. Какая-то часть звонков идет с Украины, но огромная часть звонков идет именно из мест лишения свободы, СИЗО и колоний на территории России. Специалисты «Сбербанка» считают, что «тюремный колл-центр» есть в каждом третьем учреждении ФСИН. Ольга Романова и «Русь сидящая» — что такой «тюремный колл-центр» есть в половине исправительных учреждений России.
Как это стало известно? Как ни странно, довольно просто. Зэки есть зэки, и если клиента банка не удалось раскрутить, то «Звонари» иногда переходят на тюремный жаргон, а иногда и признаются. В «Сбербанке» рассказывают про один такой звонок: заключённого под стражу вывели на чистую воду, он в ответ признался, что сидит в колонии на диване в теплом и чистом месте и должен давать норму. Если он её не выполнит, администрация исправительного учреждения пошлёт его на менее приятные работы. Ольга Романова приводит еще один чудесный пример: заключённому дали понять, что он разводила. Зэк в ответ тихо: «Это ИК-47. Если я не буду звонить, мне не будут давать воды, еды, и будут бить».
Главный удар на себя от реализации этих схем, разумеется, принял «Сбербанк». Он ведь занимает 60% банковского сектора России. Когда стало ясно, что МВД, ФСБ и ФСИН не делает ровным счетом ничего для пресечения подобного безобразия, «Сбербанк» взвыл и обратился к сотовым операторам. Он дал им номера телефонов «тюремных колл-центров» и координаты учреждений ФСИН. «Сбербанк» попросил операторов привязать координаты исходящих звонов к координатам тюрем. И составил карту. За август 2020 года из такого-то учреждения ФСИН совершено свыше 600 удачных попыток нелегального перевода денежных средств со счетов клиентов, а из такого-то — свыше 500, а из московского СИЗО № 1, более известного, как «Матросская Тишина», — всего 225.
И знаете, что тут прекрасно? Что ровно в предыдущем месяце, в июле, по настоянию «Сбербанка» «Матросскую Тишину» ошмонали. Изъяли симки и оборудование. И объявили, что колл-центр был организован рядовым инспектором и опером, а начальство об этом знать не знало. Ну конечно… И что? Да ничего. Колл-центр из СИЗО «Матросская Тишина» после ареста якобы главарей продолжил работу как ни в чем не бывало.
Отметим здесь две вещи
Первое: ковид никак не затронул экспоненциального роста этого бизнеса. ФСИН всегда объясняла: это-де родственники и адвокаты проносят телефоны. Теперь адвокаты ходить не могут, а оно растет как на дрожжах.
Второе. Бизнес, заметим, почти без издержек. Потому что у любого бизнеса одна из главных статей расходов — это зарплата работникам. А тут работников содержит государство. Обеспечивает их пайкой и шконкой. А если работник не выдает на-гора результат, его лишают пайки. Даже рабовладельцы так хорошо не устраивались, им, бедолагам, приходилось раскошеливаться на рабов.
При этом «звонари», т.е. те, кто собственно и звонит клиенту, — не имеют доступа к деньгам. Все, что у них есть, — это номер карточки дропа, на которую надо сделать перевод. Карточка дропа — это другая часть обнального бизнеса.
Те, кто занимается карточками, известны как «дропы». Это люди, которые преобразуют деньги на карточке в наличку. Например, дропводы сажают десять человек в микроавтобус, и этот микроавтобус едет по банкам, а каждому дропу выдают по пять карт. Если банк заблокирует одну карточку, у них всегда будет еще. То есть это целая разветвленная бизнес-структура. Части бизнеса отданы на аутсорсинг. И у этой структуры все рассчитано.
Помните, у Юлия Дубова был роман «Варяги и ворюги» — о том, как в начале перестройки зэки и начальство приватизировали зону? Вот это оно. Как вы думаете, что случилось, когда «Сбербанк» и сотовые операторы показали ФСИН схему, на которой координаты телефонов были привязаны к координатам колоний? Правильно — ничего. «Сбербанк» запустил в начале этого года сервис: любой клиент может пожаловаться на попытку обмана, и собрал 550 тыс. жалоб. По жалобам было заблокировано 30 тыс. номеров (система фиксирует номера подозрительных карточек — клиент, например, может вбить номер карточки и проверить, не была ли она замечена в обнальных действиях).
Согласитесь, что этот сервис должен быть подарком для МВД. МВД может взять все эти 550 тыс. жалоб — и у него будет огромная база. Как вы думаете, взял МВД в работу эту базу? Ха, держи карман шире. У нас опера и следователи с ума сошли, добавлять себе 550 тыс. висяков?
То есть оцените красоту бизнес-конструкции. Она сложная. Она предполагает аутсорсинг, имеет ноль расходов на содержание живой силы. Она защищена от внезапных обысков и шмонов. Всюду может ворваться Следственный Комитет. Пилить болгаркой дверь свидетеля Ирины Славиной — ради бога. Но две вещи для Следственного Комитета, как известно, недоступны. Это дом Геремеева, некогда подозреваемого в убийстве Бориса Немцова, где им не открыли, хотя они стучались, — и система ФСИН.
А когда «Сбербанк» и сотовые компании сделали часть работы за государство, то им сказали, что они ошибаются. Даже когда «Сбербанк» вынес проблему на Совет безопасности, то ФСИН предложила удивительное решение — дать ему на глушилки 3 млрд руб. Освоить 3 млрд руб. — штука, конечно, хорошая. Есть только одна проблема — глушилкой серьезный тюремный колл-центр заглушить нельзя. Глушилки работают в заданной полосе частот. Современные же средства связи используют такую широкую полосу частот, что закрыть их всех глушилками — очень дорого.
Вместо того чтобы тратить 3 млрд руб. на глушилки, можно поступить гораздо проще. А именно: посадить тех сотрудников ФСИН, которые получают деньги от этого бизнеса. Если взять ту же «Матросскую Тишину», то непонятно, почему после обыска её начальник не был уволен. Согласитесь: или он не знал о подпольном колл-центре в подведомственном ему учреждении и тогда должен быть уволен за вопиющую некомпетентность, или знал — и тогда это уже не некомпетентность.
В нормальной стране стены колонии существуют затем, чтобы отделять преступников от законопослушных граждан. А у нас, получается, это стены разбойничьего замка. Они оберегают криминал внутри. Не надо лезть в форточки, рисковать жизнью, даже считывающее устройство на банкомат не надо вешать. Для этого бизнеса главное — найти людей, готовых безопасно нарушать закон. Вот разводилы и перешли на удаленку.
